10. Оружие возмездия

1. Атлантический вал, январь 1944.

— ...Ну, и как это прикажете понимать, герр оберст?

Эрвин Роммель с недоумением рассматривал представленный агрегат, в мыслях проклиная тот день и час, когда решил чуть подработать на стороне, взяв в строительном ведомстве Шпеера полставки генерал-инспектора Атлантического вала. Деньги прямо скажем небольшие, прибавка в семейный бюджет мизерная, а вот головной боли существенно прибавилось.

— Это... гм... — несчастный и взмокший полковник Панцерваффе вытер пот со лба испачканным в машинном масле платком. — Ну-у... Это чудо-оружие, господин фельдмаршал! Новейшее!

— Так я и думал, — Роммель сокрушенно вздохнул. — Чья идея?

Присутствовавшие при осмотре офицеры смешались, опустили глаза долу и непроизвольно зашаркали ножками. Они-то знали, что блестящая мысль принадлежала не кому-нибудь, а самому рейхсмаршалу Герингу и крепко помнили, как Лис Пустыни относится к вмешательству в ЕГО дела посторонних, будь это рейхсмаршал, папа римский или даже сам фюрер. Лирика Роммелю чужда — завтра же отправит на восток и блестящая карьера любого штабиста окончится в грязном окопе на окраинах местечка с кошмарным названием Bobruisk.

— Ну.. — снова вякнул потный оберст, однако, перехватив ледяной взгляд фельдмаршала, вытянулся и отчеканил: — Чертежи привез советник по делам вооружений Люфтваффе Фриц Сучке! — и добавил значительно тише: — Между прочим, адьютант самого рейхсмаршала...

— И где этот Сучке? — рявкнул Лис.

По строю офицеров прошла нервная волна, штабные подпихивали друг дружку локтями, перемигивались и наконец вытолкнули вперед обер-лейтенанта весьма странного облика. Роммель несколько раз моргнул, пытаясь отогнать наваждение, но потом уяснил, что все наяву: адьютант самого сиял малиновыми ботфортами, бриллиантином на жидких соломенных волосиках, помадой на узких губках и вообще смахивал на дятла-альбиноса.

"Н-да, — Лис Пустыни стиснул зубы, подавляя острое желание сплюнуть. — Он прекрасно смотрелся бы в штрафной роте где-нибудь под Севастополем. Раскрытым бомболюком кверху..."

Роммель выкроил на лице самую любезную улыбку из своего арсенала и строй штабных вновь колыхнулся: офицеры поопытнее знали, что Лис так улыбается в одной-единственной ситуации: когда приказывает выкатить на позиции 88-миллиметровые "FlaK" и поставить орудия на прямую наводку.

— Господин Сучке, — вкрадчиво начал Роммель. — Это что по-вашему?

Фельдмаршал вытянул руку указывая на удивительное создание с гусеницами. Сзади на корпусе громоздилось нечто отдаленно смахивающее на ракетную установку "Небельверфера" засунутую в железную клетку. В таких клетках обычно перевозят кусачих диких животных.

Адьютант Геринга попытался напыжиться (получилось плохо) и вскинул руку в германском приветствии (никаких сомнений — партийный!). Разлился приторный запах французских духов "Ля бугр".

— Господин фельдмаршал! Перед вами совершенно секретный пилотируемый образец "Фау-5"! Оружие возмездия! В соответствиями с директивами рейхсмаршала и в связи с тяжелым положением на фронтах принято решение об объединении Люфтваффе и Панцерваффе в единый род войск! Ради победы великой Германии!

— Че... ЧЕГО? — Роммель поперхнулся воздухом и схватился за сердце.

Далее началось то, что русские именуют маловразумительным, но точным словом bespredel. Роммель слушал раскрыв рот, да так, что туда могла запросто влететь 380-миллиметровая мина проекта "Штурмтигр". Большинство штабных побледнели, некоторые прыскали в кулак, двое переминались с ноги на ногу: им вдруг резко захотелось отойти по своим делам к ближайшим кустикам.

Безусловно, Лис Пустыни был неплохо наслышан о несравненных качествах танкетки Renault UE, но полагал таковую оружием совершенно несерьезным. Так, человек повоевавший на "Тигре" никогда не сядет обратно на "Троечку", а пехотинец заполучивший MG-42 будет презрительно фыркать, вспоминая свой старый карабин.

Renault UE как только не использовали — крошечная машинка с двумя смешными колпачками прикрывавшими головы экипажа прокладывала линии связи и подвозила боеприпасы, эвакуировала раненых, а на Восточном фронте танкетку приспособили для походного производства изумительного пятидесятиградусного панцершнапса из еловых лапок (Роммель слышал от фон Клейста и Гудериана, будто изобретение принадлежит русским пленным — чуть ли не сам генерал Vlasoff приложил к этому руку).

Но Фау-5 — это чересчур!

— ...Четыре модифицированных ракетных двигателя! — с энтузиазмом неофита Гитлерюгенда орал Сучке, брызгая липкой слюной. — При старте с побережья Ла-Манша одновременно сорока тысяч Фау-5 с экипажами в два человека в Британии окажется сразу четыре дивизии отборных солдат оснащенных бронетехникой! Гарантирована победа в течении двух-трех дней! Хакенкройцфанен будет развеваться над Вестминстером!

— Это все? — сухо осведомился Роммель, нечеловеческим усилием воли взяв себя в руки.

— Никак нет! Люфтваффе разрабатывают проект оснащения танка "Тигр-I" шестнадцатью ракетными установками, и вот тогда в небе над Лондоном...

— А что по этому поводу говорит рейхсминистр вооружений Альберт Шпеер? — мягко перебил Лис Пустыни и вздернул левую бровь.

— Гм... — адьютант закашлялся и посмурнел. — Пока... Подчеркиваю, пока! — в финансировании отказано.

— Вот и славно, — Роммель вновь озарился знаменитой "флаковской" улыбкой, при одном воспоминании о которой не один десяток английских танкистов воевавших в Африке просыпались ночами с криком и в холодном поту. — Думаю, следует провести полевые испытания немедленно. Дитрих, Шолль — ко мне! Взять!

Сучке заламывали вдевятером. К неожиданному развлечению присоединились несколько штабных, в основном тех, кто успел повоевать в России и Тунисе — людей из ведомства Геринга в армии недолюбливали, и сказано это слишком мягко. Вопящего благим матом обер-лейтенанта засунули в танкетку, клацнули замочки люка.

...Когда Renault UE, он же "проект Фау-5" скрылся в синих небесах над Ла-Маншем, Роммель отряхнул с шинели снежную пыль, поднятую двигателями чудо-оружия и подозвал своего начальника штаба:

— Этому... — Лис Пустыни кивнул в строну Британского пролива, — представление к рыцарскому кресту. Думаю, посмертно. С Герингом я поговорю, да и с Гиммлером тоже — пусть выяснит, где рейхсмаршал берет такой забористый кокаин... А сейчас — срочно соедините меня со Шпеером, не хватало только чтобы эту штуку запустили в серию!

* * *

2. Лондон, восемнадцать минут спустя.

— Господин премьер-министр! — бледный как смерть начальник охраны вихрем влетел в кабинет Черчилля. — Там... Там...

— Что опять стряслось? — премьер аккуратно выпил очередную рюмку армянского и стиснул зубами сигару. — Сталин звонит? Опять про Второй Фронт? Скажите ему, что я занят!

— Сэр! Немцы атаковали Британские острова! Танки нацистов в Лондоне! Мы уже взяли одного пленного!

— Где? Какие танки? — ахнул Черчилль. Сигара выпала и прожгла дыру в персидском ковре. — Вы с ума сошли, сорок четвертый год на дворе!

— На крыше парламента, — выдавил офицер. — Точнее он проломил крышу... Сэр, объявляйте боевую тревогу по всей территории Соединенного королевства!

— Пленного допросили?

— Да, сэр! Похоже, он... как бы это сказать?.. невменяем. Говорит, что он — ангел возмездия, ниспосланный небесами, на каковых небесах был всего десять минут назад. Еще он смеется, плачет, просит закурить и поменять мокрое белье...

© А. Мартьянов. 2012

Обсудить сказку вы можете здесь.

Закрыть